Нефть и газ сибири: добыча нефти в западной сибири

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

На нефти (вернее, продуктах её переработки) я проделал всё это путешествие, из нефти сделаны корпус ноутбука, с которого я это пишу и устройства, с которого вы это читаете, и энергию, позволяющим им работать, с высокой вероятностью тоже даёт нефть. Наш мир в прямом смысле слова пропитан нефтью, и когда мне представилась возможность посмотреть, как её добывают да пообщаться с теми, кто её добывает — конечно же я не мог этого упустить. Для этого мы поехали на Спорышевское месторождение близ Ноябрьска.

Тут, впрочем, стоит оговориться, что нефть бывает очень разной, даже в пределах Югры и Ямала (железным дорогам которых была посвящена прошлая часть) отличаясь буквально всем — свойствами, условиями залегания и соответственно технологиями добычи. Добыча в окрестностях Ноябрьска — одна из самых сложных и потому одна из самых современных в России.

…Нефть была известна человечеству немногим меньше, чем металл: жители древнего Междуречья (то есть и берегов нынешнего Персидского залива) уже тысячи лет назад, собирая её с поверхности водоёмов, использовали как масло для светильников и даже делали асфальт. Первую скважину пробурили в 347 году до нашей эры китайцы, запустив туда трубу из бамбука.

На вооружении Византии стояли огнемёты, так называемый «греческий огонь», которым они сожгли в своё время арабский флот, имевший неосторожность угрожать Константинополю.

В Речи Посполитой уже в начале 16 века галицкую нефть использовали для освещения улиц, ну а родиной российской нефтянки была Ухта в нынешней Коми, где нефть была впервые найдена в 1597-м, а впервые добыта в 1745 году купцом Фёдором Прядуновым, построившим там примитивную перегонную установку.

Последующие века показали, что нефтянка для России такая же традиционная отрасль, как хлебопашество или производство оружия: так, в 1823 году братья Дубинины построили первый в мире нефтеперегонный завод близ Моздока, а в 1847 году в окрестностях Баку была пробурена первая в мире промышленная скважина — до того нефть добывали в колодцах.

Первым конкурентом России была Австро-Венгрия с её Галицкими промыслами, где в 1852 году, например, появилась первая в мире нефтяную вышка. В 1858 году нефть впервые начали добывать в Новом Свете (Канаде), год спустя — в Штатах, и вскоре американская нефть из глубоководных портов да хваткой Рокфеллеров хлынула в Европу рекой.

Реванш к концу концу 19 века взяли промышленники Нобели и инженер Шухов, создав трубопровод, нефтехранилище (вместо «барреля»- проще говоря, 200-литровой бочки), наливной танкер и работавший на нефти теплоход.

Затем в Америке начали распространяться автомобили, самым ценным нефтепродуктом вместо керосина и дизельного топлива сделался бензин, и вот уже к началу Первой Мировой Америка по добычи нефти вновь обгоняла Россию вдвое. В 1932 году, однако, в Ярославле был впервые получен искусственый каучук, и это открыло следующий этап нефтяной эпохи — нефть быстро превратилась в важнейший стройматериал.

Словом, нефтянка никогда не стояла на месте, а Россия всегда была в её авангарде, и даже пресловутые гидроразрывы пластов хоть и изобрели в 1947 году в Штатах, а уже пять лет спустя проводили на Донбассе.

Центром российской и советской нефтянки больше ста лет оставался Кавказ, но уже в 1929-32 годах была найдена и добыта первая нефть Ишимбая в Башкирии, а вскоре «Второе Баку» разрослось по всему Южному Предуралью и Среднему Поволжью. Со временем эта отрасль всё более и более децентрализовывалась, новые нефтегазоносные провинции открывались и разрабатывались тут и там, но и среди них выделилось «Третье Баку», как поначалу называли месторождения Западной Сибири. Собственно, и первооткрывателем тюменской нефти считается бакинец Фарман Салманов, в 1962 году разведавший крупнейшие запасы близ Мегиона, хотя вообще-то первая западно-сибирская нефть была найдена тремя годами раньше Владимиром Соболевским на Малом Атлыме. То была весьма романтическая эпоха «Сибириады» — косматых геологов в дебрях тайги, неудержимых фонтанов из свежепробуренных скважин, и пожаров, о которых слагали легенды.

фото 1970-90-х годов.

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

Югория буквально за пару дестилетий изменилась до неузнаваемости, среди её болот и речных проток выросли современные города, а ханты и манси оказались меньшинством среди тех, кто приехал «за туманом и за запахом тайги» или хотя бы «за длинным рублём».

Затем пришёл капитализм, и с чужих слов Югория 1990-х и начала 2000-х напоминала Клондайк, откуда люди возвращались в свои безработные края с огромными деньгами, но и желающих забрать эти деньги себе туда стекалось немало.

Тогдашняя — советская и раннепостсоветская — нефтянка была грязным и опасным производством, и ещё лет 15 назад в югорских болот были не редкостью вот такие сюжеты:

фото 2000-х годов.

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

А на ночных снимках из космоса Западаная Сибирь числом ярких огней уступала разве что Подмосковью — но светились не города, а пожары и факелы.

Говорят, горела нефть порой так долго и жарко, что в нескольких километрах от пожара наступала весна — таял снег, распускались цветы… это я читал ещё в каких-то советских журналах.

Кадрами вроде прошлого и следующего интернет переполнен по сей день, и на самом деле обывателю сложно представить, НАСКОЛЬКО они устарели.

фото 2007 года.

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

Одно из главных зданий Ноябрьска — офис нефтяников.

Первые месторождения близ будущего города начали разрабатываться в 1977 году, а в 1981 был создан «Ноябрьскнефтегаз», и первоначально в его подчинении была вся нефтедобыча Ямало-Ненецкого округа, этой главной «вотчины» газовиков.

В 1995 «Ноябрьскнефтегаз» был приватизирован и вошёл в состав омской «Сибнефти», десять лет спустя перешедшей под управление «Газпрома» и ставшей соответственно «Газпром нефтью». Теперь здешняя контора носит забористое название «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз»:

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

Рядом её же заправка, причём появились они независимо друг от друга:

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

Сюда меня привёз Кирилл kuroi_makdare, вскоре подошёл человек из пресс-службы, и получив спецовки и каски (кстати, офигенно удобные, регулирующиеся прямо на голове), мы поехали за город. Пока ждали выдачи экипировки — я полистывал лежавшую в фойе ведомственную газету с замечательным названием:

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

Спорышевское месторождение, открытое в 1993 году и в 1996 введённое в эксплуатацию, начинается буквально от окраины Ноябрьска.

По здешним меркам оно маленькое и второстепенное, и выбрали мы его лишь потому, что близко — между собой месторождения отличаются не столько масштабом и ассортиментом сооружений, сколько их количеством.

Название в память Александра Спорыша — мастера разведочного бурения, открывшего нескольких месторождений (Западно-Ноябрьское, Карамовское, Ягодное), а погибшнего здесь в ДТП во время работ по доразведке.

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

К слову, «поехать на месторождение» — фраза некорректная, так как само месторождение находится в земле, а территория над ним, где идут разработки — это уже «лицензионный участок». У въезда — пост охраны и шлагбаум, проверка документов, пропусков и разрешний на фотосъёмку.

Но за шлагбаумом — совершенно те же пейзажи, что и по трассам Югры и Ямала: невысокие леса и топкие болота, песок на участках без растительности, обилие коммуникаций, курсирующие туда-сюда тяжёлые машины да странные для далёкого от темы человека указатели — всё это можно видеть и по дороге из Сургута хоть в Ханты-Мансийск, хоть в Нижневартовск, хоть сюда.

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири

Сквозь месторождения проходит железная дорога — ведь оно было разведано позже её постройки:

Но главный транспорт здесь, на самом деле, трубопроводы, вьющиеся по лесным опушкам:

Какая-то, видимо, подстанция с расходящимися от неё линиями электропередач:

А кочки за болотом — рекультивированная земля, на которой работы давно завершились. Как видите, на них уже подрастают деревья.

Как представляет себе непосредственно добычу нефти обыватель? Деревянные вышки с факелами, в лучшем случае клюющие носом штанговые насосы, как на граффити с заглавного кадра.

Первые в рабочем состоянии я видел единственный раз лет 15 назад близ Перми, вторые ещё не редкость по всей стране от Калининградской области до Башкирии, но «Ноябрьскнефтегаз» уже и от них отказался — одному из самых северных нефтедобывающих предприятий России приходится быть и одни из самых современных.

Важнейшая единица его месторождений — это «куст скважин», и выглядит он вот так:

Валы, напоминающие руины каких-нибудь древних крепостей, и знак у ворот с весьма красноречивой инфографикой. Пожаробезопасность у нефтяников возведена в культ, потому что «горящие торфяники — это не так страшно, как горящие нефтяники». Курение в неустановленном месте — это немедленный вылет с работы с «волчьим билетом», а лёгкие с виду спецовки делаются из невоспламеняющихся материалов.

За валами — ни вышек, ни качалок, а лишь неподвижная скважинная арматура, на сленге нефтяников — «новогодние ёлки» (из-за обилия кругов):

фото предоставлено пресс-службой

Настоящая революция в нефтедобыче в последнее время связана с наклонным бурением — если ещё лет 20 скважина скорее всего уходила в землю вертикально, то есть бурилась непосредственно над местом добычи, то сейчас они изгибаются во всех трёх плоскостях, а зачастую («боковые зарезы») ещё и ветвятся. Соответственно, куст скважин — это небольшая площадка, из под которой наклонные скважины, как древесные корни, расходятся на несколько километров в разные стороны. Вместо штанговых насосов нефть качают насосы электроцентробежные, находящиеся непосредственно в скважине глубоко под землёй:

Обратите внимание, что часть труб — зелёные, и это не просто так — каждый цвет означает определённое содержимое, и по коричневым идёт нефть, а по зелёным — вода.

Если обыватель представляет месторождение как такое плещущееся под землёй нефтяное озеро, то на самом деле всё намного сложнее: нефть рассеяна в порах, и выше неё обычно так же рассеян слой газа, а ниже — слой воды.

Так вот, вода закачивается в скважины для поддержания в них давления.

Спорышевская нефть залегает на глубине от 2 до 3 километров, а наверх идёт горячей — непосредственно в пластах её температура 86 градусов, но за время пути по трубе она успевает остыть примерно до 60. А теперь представьте, как добывать горячую жидкость в вечной мерзлоте? Что при Нобелях, что сейчас российская нефтянка обречена быть технологичной…

На песке — сердолик. Он часто встречается там же, где нефть, хотя вроде бы прямой связи между ними нет:

Покинув куст (а он тут не один), едем дальше. Спорышевское месторождение в поперечнике размером около 20 километров, и это немного — крупные месторождения напоминают районы.

Вагончики, или как здесь говорят, балкИ — переносное жильё для рабочих.

В балках мне доводилось ночевать в Больземельской тундре (где я тоже видел немало нефтяных сюжетов), но то были балки дорожников, а у нефтяников, думаю, они изнутри комфортабельнее.

И у тех, и у других, однако, отменно кормят в столовых — потому что попробуй накорми плохо несколько сотен или даже тысяч здоровенных мужиков, вкалывающих на морозе.

За балками характерный мощный кран, слегка похожий на вышку, отмечает капитальный ремонт скважины, в ходе которого из неё надо извлечь несколько километров труб. К таким объектам мы не подъезжали, журналистов на них если и возят — то только проверенных и знающих, что делать, в случае ЧП. Вероятность этих ЧП, конечно, очень мала — но нефтяники любят порядок и не полагаются на «авось».

Мы же ехали в центр месторождения — на ДНС («дожимная насосная станция») с УПСВиГ («установка предварительного сброса воды и газа»), к которому пристроились и длинные административно-бытовые корпуса:

Ведь из скважин идёт не чистая нефть, а эмульсия с водой и газом, и со всех кустов она поставляется сюда для очистки. В сущности, это примерно то же самое, что обогатетильные фабрики на рудниках.

Здесь нам дали сопровождающего из непосредственно производственных сотрудников, и экскурсию он вёл неадаптированным к уху постороннего слогом — как и у всех профессионалов, у нефтяников есть свой жаргон и обязательный перенос ударений: тут говорят не «добыча нефти», а только «добыча нефти». Пока ждали сопровождающего у ворот — я сфотографировал пробы в стоявшем рядом ящике:

Высокие сооружения с «бочками» — это и есть система подготовки нефти:

Первая стадия подготовки — дегазация.

Сам по себе «попутный газ» не чета газу из «собственных» месторождений — в нём множество примесей, очистка его до состояния «голубого топлива» стоит немногим меньше, чем конечное использование, и одним из символов нефтяной промышленности долгое время были факелы: попутный газ просто сжигался.

Их и сейчас немало полыхает над заводами и месторождениями, но постепенно от них избавляются. Тот же «Ноябрьскнефтегаз» поставляет газ на перерабатывающий завод компании «Сибура», куда газ идёт со всех окрестных месторождений, расположенный рядом с большим, и более того — нефтегазовым Вынгапуровским месторождением.

Следующая стадия — обезвоживание. Воду потом закачивают обратно в пласты:

Третья стадия — удаления солей, для чего нефть насыщают пресной водой и вновь обезвоживают. Есть ещё четвёртая стадия стабилизации, то есть удаления лёгких фракций для уменьшения потерь при транспортировке, но её проводят уже не здесь, а на ЦПСах («центральный пункт сбора»), коих на весь «Ноябрьскнефтегаз» всего два — на Вынгапуровском и Холмогорском месторождениях.

В невзрачном кирпичном домике — управление УПСВиГ:

На пультах и на экранах компьютеров — одни и те же данные, системы дублируют друг друга. Очень симпатичная девушка-оператор фотографироваться отказалась:

С обратной стороны установок — насосы:

Эти качают нефть:

А эти — воду:

За насосами УУН — «узел учёта нефти», автоматически подсчитывающий, сколько получилось нефти после подготовки:

И в этих хранилищах — нефть, уже готовая к отправке на ЦПС:

-Тут, наверное, по ночам красиво, огни горят?
-Не горят, а светятся.

Немалую часть ДНСа занимает система пожаротушения со своими огромными баками:

Все принадлежащие ей трубы — красные. Система автоматическая, реагирует на возгорание сама и направлена на то, чтобы не только потушить огонь, но и не дать ему распространиться. Та ответственность, с которой нефтяники относятся к этой угрозе — одно из сильнейших впечатлений от месторождения.

Напоследок мне подарили бутылочку нефти — очень текучей и с не то чтобы сильным, но весьма резким запахом:

Вот как выглядит нефть… вернее, нефть Спорышевского месторождения: как уже говорилось в самом начале, даже нефть с соседнего месторождения может совсем иначе залегать, добываться и выглядеть.

До сих пор нет даже единой общепринятой теории сущности и происхождения нефти — то ли планктон древних морей, то ли смешение углерода и водорода земной коры, то ли невозобновляемый ресурс, то ли возобновляемый в исторических пределах…

…В Югории сейчас интересное время — эпоха «клондайка» позади, не бьют фонтанами уже ни нефть, ни деньги, зарплаты во всех этих компаниях хорошие, но уже давно не шальные.

Нефтедобыча становится всё более технологичной и рутинной, и что особенно впечатляет — почти никак не связана с торговлей: в тое время как пол-страны затаив дыхание следит за ценой барреля, нефтяники просто работают, и пока цена выше себестоимости добычи (а это менее 20 долларов) — это не их головная боль.

Читайте также:  Резервуар ргсп 70

Не боятся они и того, что «однажды нефть закончится» — её запасы постоянно увеличиваются, причём — «вглубь»: грубо говоря, 30 лет назад технологии позволяли из одного и того же месторождения извлечь 3% его запасов, 20 лет назад — 7%, а сейчас каких-нибудь 15%, то есть ещё 85% ждут, когда человек до них сможет добраться.

Сначала нефть сама била фонтанами, потом её качали примитивными насосами из вертикальных скважин, потом до новых горизонтов стали доходить наклонные скважины, а там и они обзавелись «боковыми зарезами», то есть начали ветвиться, гораздо гуще пронизывая пласт.

По той же причине российские нефтяники равнодушны к «нетрадиционным видами нефти» типа американской сланцевой или канадских нефтяных песков: журналисты создали этим ресурсам имидж какой-то «энергии будущего», но на самом деле это такие же точно нефть и газ, просто добываемые более сложным способом там, где раньше их добыча казалась невозможной. В России же традиционной нефти хватит на много поколений, а суровые условия Крайнего Севера вынуждают наших нефтяников как мало где в мире уделять внимание технологиям добычи. В общем, нефть для России — судьба.

Источник: http://varandej.livejournal.com/816909.html

Источник: https://www.livejournal.com/media/545310.html

В западной сибири заканчивается нефть

За последние 10 лет добыча нефти в Западной Сибири сократилось на 10%. Об этом свидетельствуют данные компании Vygon Consulting, изложенные в обзоре «Добыча нефти в Западной Сибири: перезагрузка».

По подсчетам аналитиков, если ничего не предпринимать, добыча «черного золота» ежегодно будет сокращаться на 2−3%, и к 2024 упадет на 17%. Это значит, что при текущих ценах на сырье российская экономика недополучит 28 млрд.

долларов экспортных доходов, а бюджет — 1,5 трлн. рублей.

Как пишут эксперты, из-за обводненности месторождений углеводороды составляют лишь 11% в той субстанции, что извлекается на поверхность в традиционных районах Западной Сибири.

Это связано с геологическими особенностями и принятой еще с советских времен системой поддержания пластового давления путем закачивания воды. Как следствие, за 10 лет средняя производительность скважин упала на 36% — до 27,5 тонны в сутки.

В прежние годы снижение добычи на действующих месторождениях удавалось частично компенсировать вводом новых, но сейчас незадействованных крупных месторождений в регионе почти не осталось.

Большинство новых перспективных месторождений находятся в Восточной Сибири, но она, в отличие от Западной, требует больших вложений в инфраструктуру.

Что касается крупных месторождений на арктическом и черноморском шельфе, без западных технологий, которые оказались под запретом из-за санкций, бурение пока не приносит желаемых результатов.

Что касается методов интенсификации в добыче в Западной Сибири, они все равно не позволят поддерживать объемы на нынешнем уровне до 2024 года.

Конечно, говорить о том, что у России скоро закончится вся нефть, преждевременно. Однако проблема в том, что далеко не все месторождения разрабатываются.

Еще в 2013 году генеральный директор Западно-Сибирского научно-исследовательского института геологии и геофизики Игорь Шпуров рассказал, что в активной разработке находятся меньше половины месторождений нефти Западной Сибири. По мнению ученого, это одна из причин ежегодного снижения объемов добычи нефти.

Основная добыча «черного золота» в Западной Сибири ведется на зрелых и уже истощенных месторождениях. Но введение в разработку новых и перспективных месторождений затрудняет большая отдаленность от существующих центров добычи. Для их разработки требуются достаточно большие вложения в создание региональной сети коммуникаций и транспортной системы.

По мнению Шпурова, проблему можно решить, если принять комплекс мер, начиная с включения новых инновационных мероприятий для трудно извлекаемых запасов и заканчивая созданием территориальных производственных кластеров вроде Уватского проекта на юге Тюменской области, который позволил в десять раз увеличить геологоразведочные работы.

Однако прошло пять лет, а ситуация с добычей в Западной Сибири не только не улучшилась, но и демонстрирует дальнейшее ухудшение. Если раньше добыча падала на полтора процента, то теперь на 2−4% в год.

Во многом виной тому падение цен на нефть 2014−2015 годов, из-за которого компании резко снизили инвестиции в отрасль, а также западные санкции, ограничивающие совместные проекты и закупки новых технологий.

Тем не менее, сейчас нефтяные котировки подбираются к 80 долларам, и дальше медлить с изменениями в отрасли нельзя, потому что в противном случае добыча продолжит падать еще быстрее и бюджет, как следствие, будет недополучать сотни миллиардов.

Эксперт-аналитик АО «Финам» Алексей Калачев полагает, что в сложившихся условиях изменение налогообложения отрасли помогло бы стимулировать нефтедобытчиков активнее разведывать новые месторождения и применять современные технологии.

Вероятно, и доклад аналитиков Vygon Consulting призван не просто напугать общественность или власть, а привлечь внимание к проблеме и убедить, что нефтяной отрасли нужны изменения в налоговой системе, которые стимулировали бы разработку новых проектов, причем не только крупных, но и средних, и труднодоступных месторождений. Среди возможных мер — внедрение налога на добавленный доход и льготная налоговая ставка на новые проекты.

— К проблеме, поднятой аналитиками Vygon Consulting, стоит отнестись серьезно, — говорит Алексей Калачев.

— Хорошо освоенная и транспортно доступная Западная Сибирь все еще обеспечивает большую часть российской нефтедобычи, в отличие от менее доступных и более затратных месторождений Восточной Сибири и арктического шельфа.

Но возможности отдачи месторождений не бесконечны. Интенсивная добыча, рост обводнения и снижение дебета скважин уже в скором времени могут привести к падению нефтедобычи в регионе.

«СП»: — Можно ли как-то решить эту проблему?

— Не все так фатально. Авторы исследования не зря оговариваются, что это произойдет «если ничего не предпринимать». В Западной Сибири сохраняется достаточно высокий уровень запасов. Просто каждый новый добытый баррель будет обходиться дороже, так как в перспективе будет требовать все больших капитальных затрат, более сложных и дорогих технологий.

А это значит, что для сохранения рентабельности добычи необходимо как минимум пересмотреть систему налогообложения нефтяной отрасли, заложив стимулы для роста инвестиций — в наращивание бурения, в переработку обводненных запасов, в замещение импортных и разработку новых технологий.

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков указывает, что еще один способ выхода из сложившейся ситуации — это технологический прорыв.

— Для того чтобы решить вопрос с падением добычи, требуется разработать метод получения трудноизвлекаемой нефти, прежде всего, из Баженовской свиты.

Это очень перспективное месторождение (по оценке Роснедр в 2012 году, породы могут содержать 180−360 млрд. баррелей извлекаемых запасов, — прим. ред.), и до ухудшения отношений с Западом на него возлагались большие надежды.

Проблема в том, что ни у России, ни у западных компаний не было технологий, которые позволили бы работать на свите и извлекать сырье.

«СП»: — И как же тогда добывать это сырье?

— Расчет был на создание совместных предприятий с крупными иностранными компаниями.

Предполагалось, что на основе западного опыта по добыче нетрадиционной нефти будет создана технология специально для России и условий Баженовской свиты.

В этом проекте были заинтересованы такие нефтяные западные гиганты, как BP и Total. К сожалению, после введения санкций все эти планы были отложены в долгий ящик, и неизвестно, когда к ним можно будет вернуться.

Поэтому сейчас российские компании активно работают над созданием таких технологий самостоятельно.

Если эти усилия увенчаются успехом и добыча нефти на Баженовской свите станет не только технологически отлаженным, но и рентабельным процессом, это можно будет назвать настоящей революцией в отрасли.

Из того, что происходило в последние годы, ее можно будет сравнить разве что со сланцевой революцией в США. В этом случае о падении добычи в Западной Сибири можно будет забыть надолго, вопрос в том, удастся ли разработать соответствующие технологи.

Нефть и газ Сибири: добыча нефти в Западной Сибири Пенсионная реформа отправила «ЕдРо» в ведро

На выборах 9 сентября партия власти во многих регионах проиграла левым политическим силам

Руководитель аналитического отдела Grand Capital Сергей Козловский тоже считает, что ситуация с нефтедобычей не так катастрофична, но проблема существует, и нужно в любом случае отвязывать экономику от нефти, чтобы не зависеть от исчерпания ресурсов.

— Пугающие новости про иссякающие запасы нефти могут быть актуальны только для тех, кто не обладает информацией, откуда берутся данные про запасы и резервы. Обычно речь идет об уже разрабатываемых месторождениях. В так называемом резерве остаются месторождения, по которым еще не закончены исследования.

Однако от этого вопрос не перестает быть актуальным: как российской экономике перестать быть сырьевым придатком, как снять экономику с сырьевой иглы? Невозможно начать модернизацию экономики без развития инфраструктуры и перераспределения доходов в более перспективные отрасли. Ничего этого, к сожалению, у нас пока нет, как нет и понимания, наступит ли этот момент вообще.

Нефть и газ: Швеция высказалась за блокировку строительства «Северного потока-2»

Новости экономики:Порошенко обсудил с конгрессменами США «Северный поток-2»

Источник: https://svpressa.ru/economy/article/210326/

Добыча нефти и газа в Сибири

Согласно обзору мировой энергетики, подготовленному британской нефтяной компанией Бритиш петролеум (British Petroleum), Российская Федерация занимает 1-е место в мире по доказанным запасам природного газа и 6-е -7-е место – по доказанным запасам нефти.

Согласно этому же исследованию, доказанные запасы природного газа России (запасы, которые по имеющимся геологическим, техническим и экономическим данным могут быть извлечены из-под земли) оцениваются в 48 триллионов кубометров (трлн. м3), что составляет 26,7% от общемировых доказанных запасов.

Доказанные запасы нефти Российской Федерации на конец 2004 года составляли 9,9 миллиардов тонн (млрд. т), что соответствует 6,1% общемировых запасов.

 Основой топливной и в целом энергетики России остаётся эксплуатация значительных газовых месторождений Западной Сибири.

Западно-Сибирская нефтегазоносная 
провинция территориально расположена на Западно-Сибирской равнине. На востоке ограничена рекой Енисей, на западе — Уральскими горами, на юге — границей с Казахстаном и Алтайскими горами,  на севере — Карским морем.

Административно практически полностью находится в пределах Тюменской области, Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов.

По геологическому строению Западно-Сибирская провинция представляет собой тектоническую плиту с мощным мезозойско-кайнозойским осадочным чехлом.

Особенность Западно-Сибирской нефтегазоносной 
провинции – благоприятная структура 
разведанных запасов: высокая концентрация углеводородных запасов в крупных 
и крупнейших месторождениях и продуктивность их разработки.

В Западной Сибири сосредоточены две трети разведанных запасов нефти и газа и их основные месторождения: в Ханты-Мансийском Автономном Округе (ХМАО) – 75% всей российской нефти, в Ямало-Ненецком Автономном Округе (ЯНАО) – 90% всего российского газа.

В Западно-Сибирской провинции выделяются 15 нефтегазоносных областей. Каждая из них, в свою очередь, включает несколько нефтегазоносных районов.

Области на севере провинции (Южно-Карская, Надым-Пурская, Пур-Тазовская, Ямальская, Гыданская и Усть-Енисейская) преимущественно газоносные.

Восточно-Уральская, Приуральская и Красноленинская на западе, Фроловская, Среднеобская и Каймысовская в центре, Васюганская, Пайдугинская и Предъенисейская на востоке — нефтегазоносные, содержат, в основном, ресурсы нефти.

В Ямало-Ненецком Автономном Округе расположены 15 уникальных месторождений газа с запасами более 500 миллиардов кубометров (млрд. м3) каждое. Ресурсы углеводородного сырья Ямала имеют большую перспективу: треть недоразведанных месторождений Западной Сибири находится на территории округа.

Перспективные ресурсы по газу составляют около 45 триллионов кубометров (трлн. м3), по нефти – 4,3 миллиардов тонн (млрд. т), по газоконденсату – 1,8 миллиардов тонн (млрд. т). Учитывая потенциал округа, добыча газа будет увеличиваться и может составить до 650 миллиардов кубометров (млрд. м3) в год. Годовая добыча нефти к 2012 г.

может составить до 40 миллионов тонн (млн.т).

Всего в Западной Сибири открыто 
более 500 месторождений нефти, газа и газоконденсата. Крупнейшие месторождения — Уренгойское, Ямбургское, перспективные Бованенковское, Заполярное, Мамонтовское и Федоровское  месторождения, крупнейшие нефтяные месторождения — Самотлорское, Приобское, Русское.

Восточная Сибирь включает территорию от Енисея (на западе) до водораздельных хребтов, идущих вдоль Тихого океана (на востоке). В пределах Восточной Сибири расположены Якутия, Бурятия, Тува, Красноярский край, Иркутская область и Забайкальский край.

Восточно-Сибирский экономический район — второй по размерам территории экономический район страны. На долю Восточной Сибири приходится почти 45 % всего гидроэнергетического потенциала страны.

Озеро Байкал считают крупнейшим резервуаром чистейшей пресной воды.

В Восточной Сибири сосредоточено 
около половины всех лесных ресурсов России, около 80% запасов каменного и бурого угля России. В Восточной Сибири находится старейшее Бодайбинское месторождение золота в Иркутской области и месторождение Минусинской котловины в  Забайкалье,  а также крупнейшее месторождение алмазов в Якутии.

Но  Восточная Сибирь сейчас более перспективна не в отношении открытых месторождений, а в поиске новых. В настоящий момент в регионе выявлены свыше 1 тысячи структур, перспективных в области нефти и газа.

В среднем, за всю историю развития нефтегазового комплекса Восточной Сибири, подтверждаемость открытия месторождений составляет 26%. То есть, если направить средства на разведку 100 структур, значит, 26 месторождений точно будут открыты.

При полной разведке Восточной Сибири добыча нефти там может составить от 100 до 110 миллионов тонн (млн. т) в год.

Тем не менее, здесь крайне медленно ведутся работы по доразведке, формированию и развитию новых центров добычи нефти Восточной Сибири и Якутии, что ставит под сомнение возможность заполнения экспортного трубопровода Восточная Сибирь — Тихий Океан (ВСТО).

Читайте также:  Нефть и производство нефтепродуктов: химическое производство

Уровень добычи нефти в Восточной Сибири к 2020 г., как предполагается, достигнет 80 миллионов тонн.

На сегодня в Восточной Сибири и Якутии выделяется пять перспективных центров добычи нефти и газа с запасами более миллиарда тонн нефти — три из них расположены в Красноярском крае (Юрубчено-Куюмбинский, Собинско-Тэтэрский и Ванкорский).

Нынешних запасов, по мнению специалистов, вполне хватит на то, чтобы через 10 лет выйти на годовой объем добычи нефти в 60 млн тонн.

Экономико-географическое положение района в настоящее 
время можно считать одним 
из самых невыгодных.

Территория удалена 
почти от всех возможных потребителей сырья и продукции, она блокируется 
имеющими примерно те же ресурсы Западной Сибирью и Дальним Востоком.

Оказывается более выгодным осваивать ресурсы этих районов, а не Восточной Сибири. Вовлечению района во внутрироссийское разделение труда препятствует малая транспортная освоенность.

Крупнейшие газовые и нефтяные месторождения России

Бованенковское нефтегазоконденсатное 
месторождение — крупнейшее месторождение полуострова Ямал в России. Бованенково расположено на полуострове Ямал, в 40 километрах от побережья Карского моря.

Запасы месторождения оцениваются в 4,9 трлн куб. м газа; проектная мощность — 115 млрд куб. м газа в год.

Запуск проекта намечался на 3 квартал 2011 года, но в июне 2009 года в связи со снижением спроса на газ срок был отложен на 3 квартал 2012 года.

Ванко́рское месторожде́ние — перспективное нефтегазовое месторождение в Красноярском крае России, вместе с Лодочным, Тагульским и Сузунским месторождениями входит в Ванкорский блок.

Расположено на севере края, включает в себя Ванкорский (Туруханский район Красноярского края) и Северо-Ванкорский (расположен на территории Таймырского (Долгано-Ненецкого) автономного округа) участки. Запасы нефти на месторождении превышают 260 млн т, газа — около 90 млрд куб. м.

Проектная мощность — 14 млн т нефти в год — ожидается к 2012 году. 21-го августа 2009 года Ванкорское  нефтегазаносное месторождение было запущено в промышленную эксплуатацию. Расчетный «срок жизни» месторождения — 35 лет. Запасы Ванкорского месторождения оцениваются в 520 миллионов тонн нефти.

Проектная мощность трубопровода составляет около 30 миллионов тонн в год. По завершении строительства нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий Океан» объемы добычи нефти на Ванкорском месторождении планируется увеличить до максимального уровня.

Заполярное нефтегазоконденсатное месторождение — месторождение газа, газового конденсата и нефти. Открыто в 1965 году.

Расположено на территории Тазовского района Ямало-Ненецкого автономного округа (ЯНАО), в 80 км восточнее Уренгойского месторождения и в 85 км южнее поселка Тазовский.Общие запасы газа составляют более 3,3 трлн м³.

По запасам газа в международном рейтинге газовых месторождений Заполярное занимает пятое место.

Каменное (нефтяное месторождение) — месторождение нефти и газа входящее в состав Красноленинского свода месторождений на западе Ханты-Мансийского автономного округа. Месторождение расположено примерно посередине между г.Нягань и г.Ханты-Мансийск на левом берегу и в пойме р.Оби (Верхнее Двуобье). Извлекаемые запасы месторождения составляют более 300 млн.т.

Ковыктинское месторождение (Ковыкта) — перспективное газоконденсатное месторождение в Иркутской области России. Открыто в 1987 г. Месторождение расположено в необжитой местности на севере Иркутской области, в 450 км к северо-востоку от Иркутска.

Территория месторождения представляет собой высокогорное плато, покрытое темнохвойной тайгой (в отдельных районах — на вечной мерзлоте). Рельеф осложнен многочисленными долинами — каньонами. Климат суровый, резкоконтинентальный. Запасы природного газа на месторождении оцениваются в 1,9 трлн.

кубометров газа, 2,3 млрд. кубометров гелия и 115 млн. т жидкого газового конденсата.

Уренго́йское месторожде́ние природного газа — крупное газовое месторождение, второе в мире по величине пластовых запасов, которые превышают 10 триллионов кубических метров (10¹³ м³). Находится в Ямало-Ненецком АО Тюменской области России, немного южнее северного полярного круга.

Имя дано по названию близлежащего населённого пункта — посёлка Уренгой. Фонд скважин Уренгойского месторождения составляет более 1300 скважин. Добыча природного газа 2007 году — составила 223 миллиардов кубометров газа в год.

Общие геологические запасы оцениваются в 16 трлн м³ природного газа.

Южно-Русское нефтегазовое месторождение — расположено в Красноселькупском районе Ямало-Ненецкого автономного округа, одно из крупнейших в России. Запасы месторождения составляют: газ— 825,2 млрд м³, нефть — 5,7 млн тонн. План по добыче на месторождении на 2008 год — 10 млрд м³ газа, с 2009 года — 25 млрд м³ в год.

Ю́жно-Тамбе́йское га́зовое месторожде́ние — крупное газоконденсатное месторождение в Ямало-Ненецком автономном округе России. Расположено на полуострове Ямале.

Запасы природного газа на месторождении составляют около 1,3 трлн куб. м, газового конденсата — 40-60 млн т.

Согласно генеральной схеме развития газовой отрасли России на период до 2030 года, разработанной «Газпромом», ввод месторождения в эксплуатацию намечен на 2024—2027 года.

Ямбургское нефтегазоконденсатное месторождение (ЯНГКМ) — месторождение газа, газового конденсата и нефти. Открыто в 1969 году. Расположено в Заполярной части Западносибирской равнины, на Тазовском полуострове в субарктической зоне. Ландшафт — тундровая равнина с густой сетью рек, ручьев, озер, болот.

Толщина вечной мерзлоты достигает 400 метров. Самый холодный месяц — январь со средней температурой минус 25 градусов по Цельсию. Нередко температура опускается до отметки 55 и ниже. Размеры ЯНГКМ — 170 на 50 километров. Ямбургское месторождение занимает третье место в мире по начальным извлекаемым запасам газа.

Общие геологические запасы оценивается в 8,2 трлн м³ природного газа.

Самотло́рское нефтяно́е 
месторожде́ние (Самотло́р) — крупнейшее в России и одно из крупнейших в мире месторождений нефти. Расположено в Ханты-Мансийском автономном округе, вблизи Нижневартовска, в районе озера Самотлор. В переводе с хантыйского Самотлор означает «мёртвое озеро», «худая вода».

Доказанные и извлекаемые запасы оцениваются в 2,7 млрд т. Месторождение относится к Западно-Сибирской провинции. Открыто в 1965 году. Залежи на глубине 1,6—2,4 км. В 1981 году была добыта миллиардная тонна нефти. Пик добычи нефти (около 150 млн т.

в год) пришёлся на начало 80-х годов XX века; вследствие хищнической добычи в эти годы нефтеносные пласты стали обводняться и добыча нефти резко снизилась. Всего за годы эксплуатации месторождения на нём было пробурено 16 700 скважин, добыто более 2,3 млрд т нефти.

Местоположение Самотлорского месторождения, в силу его стратегического характера, до сих пор тщательно скрывается на выходящих в России картах

Приобское — гигантское нефтяное месторождение в России. Расположено в Ханты-Мансийском автономном округе, вблизи Ханты-Мансийска. Разделено рекой Обь на две части — лево- и правобережное. Освоение левого берега началось в 1988 г., правого — в 1999 г. Доказанные запасы оцениваются в 2,5 млрд. тонн, извлекаемые — более 1200 млн. т. Месторождение относится к Западно-Сибирской провинции.

Правдинское — крупное нефтяное месторождение в России. Расположено в Ханты-Мансийском автономном округе, вблизи Ханты-Мансийска. Освоение началось в 1968 году. Месторождение относится к Западно-Сибирской провинции. Добыча нефти на месторождении в 2007 г. — составила 9 млн. тонн.

Мамонтовское — крупное нефтяное месторождение в России. Расположено в Ханты-Мансийском автономном округе. Освоение началось в 1970 году.Запасы нефти 1,4 млрд. тонн. Залежи на глубине 1,9-2,5 км. Месторождение относится к Западно-Сибирской провинции. Добыча нефти на месторождении в 2007 г. — составила 7,5 млн. тонн.

Фёдоровское — крупное нефтегазовое месторождение в России. Расположено в Ханты-Мансийском автономном округе, вблизи Сургута. Открыто в 1971 году. Запасы нефти 2,0 млрд тонн. Залежи на глубине 1,8-2,3 км. Месторождение относится к Западно-Сибирской провинции. Добыча нефти на месторождении в 2007 г. — составила 12,5 млн тонн.

Верх-Тарское нефтяное месторождение (ВТНМ) расположено на севере Новосибирской области, в Северном районе. Оно считается самым крупным месторождением в области. Извлекаемые запасы месторождения — 32 миллиона тонн нефти, геологические — 68 миллионов тонн нефти.

Одной из особенностей ВТНМ является удаленность от всех коммуникаций, что создает главную сложность при освоении запасов углеродного сырья в Новосибирской области. Добываемая на ВТНМ нефть по своим свойствам очень близка к марке «Brent».

Верх-Тарская нефть характеризуется высоким качеством с минимальным количеством примесей. Нефть — малопарафинистая, малосернистая. При переработке Верх-Тарской нефти выход светлых фракций на 25 % выше, чем в среднем по России. Промышленная добыча нефти началась с 2000 года.

Активный рост добычи начался только с 2003 года (в 2005 году — 1354,4 тысяч тонн).

Лянторское — гигантское нефтегазоконденсатное месторождение в России. Расположено в Ханты-Мансийском автономном округе, вблизи Ханты-Мансийска. Открыто в 1965 году. Полные запасы нефти 2,0 млрд.

тонн, а остаточные запасы нефти 380 млн. тонн. Начальные запасы газа св. 250 млрд. м3. Залежи на глубине 2 км. Месторождение относится к Западно-Сибирской провинции. Добыча нефти на месторождении в 2007 г.

составила 7,5 млн. тонн.

Источник: http://stud24.ru/geography/dobycha-nefti-i-gaza-v/512872-2237292-page1.html

Как добывают "черное золото" в Западной Сибири

Нефть не считалась значимым ресурсом вплоть до распространения в начале XX века автомобилей. Полвека спустя потребность в бензине привела к резкому росту добычи «черного золота». Произошло это настолько стремительно, что с 1957 по 1966 год было добыто и переработано нефти больше, чем за предыдущие сто лет. Именно на это время и приходится освоение западносибирских месторождений.

4 октября 1959 года газета «Тюменская правда» написала: «25 сентября на Мулымьинской структуре, вблизи села Шаим, на глубине 1405 метров был открыт нефтеносный пласт, суточный дебит которого по предварительным данным составляет свыше 1 тонны легкой нефти… Тюменская область в скором будущем может стать новым советским Баку!». В марте 1961 года первая скважина в Западной Сибири дала нефть.

О том, как искали и добывали первую западносибирскую нефть, о современных способах разработки недр — в материале «РГ».

Кровь земли

Первая в мире нефтяная скважина была пробурена в урочище Биби-Эйбат (верстах в 6 от Баку) в 1848 году. До этого нефть добывалась из колодцев.

Первая в России нефтяная скважина механическим ударным способом глубиной 198 метров была пробурена на Кубани инженером Арадилионом Новосильцевым в 1864 году.

Переход от ручного способа бурения скважин к механическому ударному способу принято считать началом рождения нефтяной и газовой промышленности.

В Югре стартовал экспериментальный проект по добыче сланцевой нефти

Единственный способ точно установить наличие или отсутствие нефти на исследуемом участке — это пробурить скважину при помощи буровой установки. Пробуренная скважина крепится трубами, что придает ей дополнительную прочность и облегчает добычу нефти.

Добытая из скважины нефть-сырец представляет собой теплую жидкость темного цвета с желтоватым, буроватым или зеленоватым оттенком и резким запахом. Она легче воды, состоит из жидких и, в меньшей части, твердых и газообразных углеводородов. Последние влияют на качество нефти: чем она легче, тем выше ее теплоотдача.

В Западной Сибири, кстати, не применяется бурение электробурами: геолого-технологические условия (неустойчивые породы) таковы, что предпочтительнее бурение с помощью гидравлических забойных двигателей. Это позволяет добиться простоты конструкции скважины за счет того, что колонна бурильных труб не вращается, тем самым исключается возможность осыпей, обвалов стенок скважины.

Современные буровые поражают мощью и внушительным внешним видом. Первые же устройства были куда скромнее. Однако, несмотря на развитие технологий, монтировать вышки приходится иной раз вручную, по колено в топком болоте.

«Сложилось такое мнение, что добыча нефти — дело нехитрое: достаточно пробурить «дырку» и нефть сама потечет. Но это совсем не так.

Буровик никогда не назовет скважину «дыркой»: это сложное инженерно-техническое сооружение, для строительства которого требуется огромный опыт, знания, физические и интеллектуальные усилия, огромные финансовые средства.

Для этого привлекается большое количество людей самых разных специальностей — транспортники, строители, геологи, буровики, промысловики, геофизики — без которых невозможно пробурить скважину», — рассказывают бывалые нефтяники.

Скорость проходки — 30 сантиметров в час. Глубокие же скважины могут достигать нескольких километров. На то, чтобы дойти до нефти, уходят недели, а то и годы. При этом, чтобы начать бурение, нужно смонтировать саму вышку, а до того — завезти на объект несколько тонн металлических конструкций.

Обычно в Западной Сибири глубина скважин составляет 1,5-2,5 километра, в Восточной Сибири бурят 2-3-километровые скважины, а в Поволжье глубина скважины может достигать 4,5 километров.

Читайте также:  Бензин в масле: причины попавшего в мотор топлива

При строительстве новой скважины задействованы не только буровики, но и десятки других служб: сейсмологи, ремонтники, работники добычи и многие другие специалисты.

Из чего состоит процесс бурения скважины? Для бурения скважины применяют буровые установки. Сначала в скважину опускают долото, которое и будет выполнять всю основную работу.

Долото навернуто на бурильные трубы, и вся эта конструкция называется бурильной колонной. Во время бурения через трубы проходит буровой раствор, которых охлаждает долото и выносит на поверхность пробуренную породу.

Затем раствор очищается от породы.

При необходимости (если существует опасность обвалов) скважину укрепляют обсадными трубами и бурят более маленьким долотом.

Обычно процесс бурения скважины занимает от одного месяца до года: все зависит от геологических особенностей местности, плотности нефти, длины скважины, добросовестности рабочих и прочих факторов.

Когда бурение скважины закончено, в нее спускают обсадную колонну, а в пространство между колонной и стенками скважины заливают бетон, чтобы предотвратить обрушение ее стенок.

Эволюция поиска

Бурение — самый эффективный способ найти нефть. Правда, он очень долгий и дорогостоящий. В Сибири одна скважина может стоить под миллиард рублей (в Татарстане — 25-30 миллионов).

Трудно представить степень разочарования нефтяников, если при таких трудозатратах и денежных вливаниях скважина не дает нефти.

Такое нередко случалось и раньше, когда искали «черное золото» исключительно с помощью бурения скважин.

Сегодня оборудование, используемое для поиска нефти, в разы компактнее и дешевле: в пробуренные мини-скважины закладывают взрывчатку и подрывают. Дальше работает принцип локатора: от разных пород взрывная волна отражается по-разному, иначе она отразится и от нефти.

Самая современная технология поиска нефтяных пластов заключается в том, что в месте примерного нахождения залежей движутся специальные машины на гусеницах. Создаваемая их днищами вибрация позволяет определить наличие полезного ископаемого.

О такой сейсморазведке еще совсем недавно можно было только мечтать.

Еще один любопытный метод поиска — «вынюхивание». Биохимические исследования нужны для того, чтобы понять: имеются ли углеводороды в нефтяной ловушке, которую обнаруживает сейсморазведка, или нет.

Датчик с сорбентом помещается в неглубокий шпур (искусственное цилиндрическое углубление в земле или горной породе — ред.) и закрывается.

Через две недели его извлекают, и анализ показывает, стоит ли бурить скважину в этом месте.

Однако даже при всем многообразии современных методик поиска нефти, обнаруживать ее удается во все более скромных масштабах, нежели в 1940-60-х. Истощаются даже относительно новые западносибирские месторождения. Специалисты говорят: эпоха легкой — и по консистенции, и в плане добычи — нефти, заканчивается.

Данные разведки

О нефтепроявлениях в Сибири — о выходах битумных сланцев, спутников нефти в бассейне Оби — писал еще в конце XVII века Юрий Крижанич, хорватский богослов, философ и историк, сосланный в Тобольск за поддержку грекокатолической церкви.

Цены на нефть в 2014 году могут упасть в пять раз

Пророческую идею о существовании нефти на восточном склоне Уральского горного хребта в 1932 году выдвинул основоположник советской нефтяной геологии академик Иван Губкин: «Я полагаю, что у нас на востоке Урала, по краю великой Западно-Сибирской депрессии… могут быть встречены структуры, благоприятные для скопления нефти». Вскоре предположения получили первые практические подтверждения, и в конце 50-х годов ХХ века на тюменских просторах приступила к работе геологоразведочная экспедиция.

Даже начавшаяся Великая Отечественная война не остановила работы. Лишь в 1942 году, когда немецкие танки прорвались к Сталинграду, разведочные работы в Западной Сибири замерли.

Строительство первой опорной скважины — Тюменской — было начато в 1948 году. Изучение геологического разреза установило, что условия для формирования залежей углеводородов здесь благоприятны. В общей сложности на территории Тюменской области было пробурено 11 таких опорных скважин. 

В начале 1960-х годов были разведаны первые нефтяные запасы региона, главным из которых было открытое в 1965 году месторождение-супергигант Самотлор с извлекаемыми запасами около 14 миллиардов баррелей (2 миллиарда тонн). Данные об открытии первых крупных месторождений в Западной Сибири поступили как никогда кстати: добыча в Волго-Уральском регионе неуклонно снижалась.

Летом 1960 года, когда тюменские скважины дали первую промышленную нефть, директор Института геологии и геофизики Сибирского отделения Академии Наук Анатолий Трофимук подчеркнул: «На протяжении ряда лет нашим разведчикам недр удавалось обнаружить нефтяные залежи в разных районах азиатской части СССР. Но только тюменские геологи и буровики добыли нефть, имеющую бесспорный промышленный потенциал. По имеющимся теперь данным можно сказать, что Конда в самом недалеком будущем станет крупным нефтепромыслом страны».

В мае 1964 года танкер открыл первую в истории Западной Сибири нефтяную навигацию.

К 1975 году планировалось довести добычу нефти в Западной Сибири до 100-120 миллионов тонн в год. Эта цель казалась, по воспоминаниям экспертов, недостижимой: в Татарии, главном на тот момент нефтедобывающем районе страны, для выхода на показатель 100 миллионов тонн в год потребовалось 23 года, а сибиряки должны были добиться этого за пять лет.

Край суровый

Запасы нефти могут иссякнуть уже через пятьдесят лет

Добыча нефти в России — дело сложное. В той же Саудовской Аравии или Ираке достаточно лишь пробурить одну скважину в песке, и к ней можно свободно подойти. В России же запасы нефти сосредоточены в болотистой местности, а разница между летней и зимней температурой достигает нескольких десятков градусов.

Так как пробурить скважину в болоте невозможно, сначала нужно вырубить лес, осушить болото, отсыпать площадку из песка, и только потом начинается бурение. Причем бурят скважину не вертикально, а под наклоном.

Здешний край огромен: юг нефтегазоносных земель Западно-Сибирской равнины удален от их северных границ так же, как в европейской части страны Архангельск удален от Астрахани. Преодолеть эти расстояния куда сложнее, чем в европейской части: территория неплотно заселена, покрыта непроходимой тайгой и держит мировой рекорд по заболоченности.

Богатейшие месторождения лежат под самыми мощными торфяниками. Ко всему этому добавляются суровость климата, а севернее Сибирских Увалов — еще и вечная мерзлота. Строить здесь дороги, поселки, нефте- и газопроводы — сложнейшая задача.

Однако, как говорят нефтяники, эти обстоятельства стали причиной рождения очень интересных технических проектов.

Так, возникли буровые установки на воздушной подушке, плывущие над болотами, изобретен способ понижения температуры дорожного полотна за счет испарения природного газа в пористой массе (таким образом, мерзлота не тает и тысячекилометровый искусственный каток даже летом может связать отдаленные районы нефтепромыслов с базами).

Геннадий Шмаль, один из создателей нефтегазового комплекса в Западной Сибири, рассказывал, как сложно было первопроходцам превратить дикий болотистый край в оазисы цивилизации и высокой культуры: в 1960-е, в самом начале освоения тюменских богатств, британская Financial Times, смакуя трудности таежной стройки, иронизировала: «Тюменские большевики называют огромные цифры перспектив добычи на 1975-й и более поздние годы. Но посмотрим, смогут ли они осуществить то, о чем мечтают…». Смогли!.  В 1960-70 гг. люди годами жили в бараках и вагончиках, чтобы принести многомиллионные прибыли в казну страны. Сейчас нефтяники-первопроходцы вспоминают это время как время героев и подвигов.

Темпы освоения месторождений в Тюменской области были в среднем в 2-3 раза выше, чем в Татарии и Башкирии. С трудом, а подчас и с риском для жизни, высаживаясь в непроходимой тайге с вертолетов, первопроходцы почти везде были едва ли не первыми людьми, ступившими на эту землю.

Рост добычи в Западной Сибири предопределил рост добычи в Советском Союзе с 7,6 миллионов баррелей (более миллиона тонн) в день в 1971 году до 9,9 миллионов баррелей (около 1,4 миллиона тонн) в день в 1975 году. К середине 1970-х годов добыча в районе Западной Сибири заполнила разрыв, образовавшийся из-за падения добычи в Волго-Уральском регионе.

На вкус и цвет

Казалось бы, нефть, добываемая в тяжелых условиях, обходится достаточно дорого. Однако парадокс в том, что себестоимость тюменской (и томской) нефти ниже, нежели у татарстанской, например.

«В этом районе счастливо сочетаются благоприятные геологические особенности — очень высока плотность запасов на больших площадях и, кроме того, нефть залегает на очень удобных для добычи глубинах. Западная Сибирь отличается также высокой долей крупных месторождений, позволяющих организовать добычу с небольшими затратами.

Например, одно такое месторождение — Самотлорское — способно ежегодно давать нефти в 4 раза больше, чем все месторождения Апшеронского полуострова», — поясняет ежегодник «Земля и люди» за 1972 год.

Многие из вводимых в эксплуатацию месторождений по международной классификации относились к категории уникальных, дающих аномально высокий дебит скважин: скважины, пробуренные на них, дают много нефти, качество которой значительно выше, чем волго-уральской.

Нефть, добытая в Западной Сибири, выглядит как почти прозрачная жидкость. Для сравнения, та, что «водится» в Татарстане — черная, тягучая, самарская и оренбургская — красная, иногда оранжевая. А экзотичную с виду зеленую нефть добывают в Иране.

Нефть Западно-Сибирского нефтегазоносного бассейна характеризуется низким содержанием серы (до 1,1 процента), и парафина (менее 0,5 процента), высоким содержанием бензиновых фракций (40-60 процентов) и повышенным количеством летучих веществ.

«… Открывают задвижки, и в подготовленную емкость — цистерну — с силой бьет черная струя. Прекрасная, зеленовато-коричневая, с золотистой пеной ароматическая жидкость.

Разве могут сравниться для нефтяника с запахом нефти любые самые дорогие духи?! Нет, их запах в сравнении с нефтью — ничто. Берем на ладони, растираем, нюхаем. Хочется даже попробовать на вкус. Радость, большая радость.

Ведь это первая сибирская нефть …», — вспоминает почетный разведчик недр Рауль-Юрий Эрвье.

Западносибирская нефть, с относительно молодых месторождений, пахнет — как говорят знатоки — изысканнее: в ней отсутствует запах серы, как в поволжской и уральской. Однако, эксперты с точностью могут спрогнозировать: Сибирь ждет участь Татарстана: девонской нефти с каждым годом будет все меньше, а карбоновой — больше.

Те, кто пробовал нефть на язык — в прямом смысле — говорят: она сладковатая, с кислинкой. Эту кислинку как раз и придает сера.

А еще сера удешевляет российскую экспортную нефть марки Urals, которая получается смешением в системе трубопроводов тяжелой, высокосернистой нефти Урала и Поволжья с легкой западносибирской нефтью Siberian Light.

Добыча нефти в России окончательно прекратила свое падение в 1997 году.

Независимые эксперты считают, что Западная Сибирь располагает остаточными запасами более 150 миллиардов баррелей (более 20 миллиардов тонн), и уровень добычи может быть в три раза больше, чем сейчас.

Но ситуация осложнена плохими пластовыми условиями на уже разрабатываемых месторождениях и тем, что западносибирские месторождения обычно состоят из большего числа нефтеносных пластов, чем месторождения в других регионах, что отягчает добычу.

Справка «РГ»

Добыча нефти в Западной Сибири, основном добычном регионе России, будет снижаться до 2019 года примерно до уровня в 290 миллионов тонн (с 300 миллионов — в 2015 году).

Эксперты полагают, что после 2019 года добыча нефти в регионе начнет восстанавливаться, и к 2035 году снова достигнет 300 миллионов тонн благодаря новым открытиям и разработке трудноизвлекаемых запасов.

К 2025-2030 годам добыча нефти в России, при благоприятных внешних и внутренних условиях, может составить 580-585 миллионов тонн в год.

Источник: https://rg.ru/art/940630

Ссылка на основную публикацию